Она села в поезд на Ярославле Главном в 17:45. Впереди был долгий вечер и беспокойная ночь в общем вагоне.

Муж помог занести сумку и окинул взглядом соседей: напротив две женщины жевали орешки, сбоку сидела ещё одна пассажирка, а сверху уже храпел мужчина в чёрных носках. Обстановку он признал терпимой и спокойно ушёл.

В туалет пришлось пробираться по узкому коридору. С обеих сторон свисали ноги — в основном в чёрных носках, изредка в цветных. Очереди в туалет не было. Елизавета заметила в кабинке душевую с плотной занавеской и даже обрадовалась — мелочь, а приятно.

Когда она вернулась на место, к ней подошла молодая проводница и спросила, всё ли нравится. А потом сказала, что ужин принесут с 18 до 21 — в любой момент. Журналистка заинтригованно ждала, но пока наблюдала за соседками, которые ели доширак. Запах от лапши разлетался по вагону мгновенно.

Ужин привезли ближе к вечеру. Он стоил 432 рубля. В составе — рис с курицей и салат из свежей капусты. Еда оказалась вкусной: рис не разварился, курица не была сухой и пресной. К горячему дали сдобную булочку, но на упаковке было написано «замороженная». На вкус это никак не повлияло. Ещё положили печенье и маленькую бутылку воды. А вот упаковку с влажной салфеткой она не смогла открыть даже зубами. Чай у проводницы взяла за 80 рублей, шоколадку — за 140. Деньги лучше иметь наличными — интернет в поезде ловит с перебоями.

Недалеко от неё сидел молодой парень. Ей стало его жаль: он мог либо сидеть на нижней полке, словно гость, либо забраться наверх. Журналистка предложила ему сидеть внизу столько, сколько нужно, и пообещала убрать вещи со столика. Но парень смутился, быстро залез на верхнюю полку и больше оттуда не показывался.

Кстати, по правилам Минтранса пассажиры с верхних полок имеют право сидеть внизу утром с 7 до 10, вечером с 19 до 21 — не больше получаса. И час в обед — с 12 до 15.

Ранее мы сообщали, что град с перепелиное яйцо атаковал рязанские машины и огороды.