Стоило назвать героев детских произведений полными именами — и любимые книги заиграли по-другому

Иногда лучше не знать лишнего. Потому что стоит только представить, что дядя Стёпа — это дядя Степан, и в голове уже не добрый великан, а суровый сосед с гармошкой. Детское очарование немного трещит по швам.

А как бы звучали сказки, если бы героям выдали полные имена? Не уменьшительные, не ласковые — а по паспорту. И тут начинается самое интересное.

Русские сказки внезапно взрослеют

Сказка «Алёнушка и Иванушка» звучит мягко. А вот «Елена и Иван» — уже почти хроника происшествий. Фраза «Зовёт Елена братца» перестаёт быть наивной, а беленький козлёночек вызывает совсем другие ассоциации.

Крошечка-Хаврошечка? Если всерьёз, то это Хавронья — производное от древнего имени Феврония. И вдруг нежная героиня обретает тяжеловесность. Домовой Кузя превращается в Кузьму — и перед глазами уже не чумазый мальчишка, а обстоятельный хозяин с бородой и тяжёлым вздохом о запасах. Даже «Мария и медведь» звучит так, будто дальше пойдёт семейная драма, а не сказка.

Зарубежные герои — с паспортами и отчествами

Микки Маус — это Майкл Теодор Маус. По-русски мог бы быть Михаилом Мышкиным. И уже не тот озорной персонаж, а почти чиновник в пенсне.

Минни — вообще простор для фантазии. Это может быть и Минерва, и Вильгельмина, и Уинифред. Сразу чувствуется академический оттенок.

Винни-Пух, кстати, обязан своим именем не фантазии, а реальной медведице Виннипег из Лондонского зоопарка. А Пеппи Длинныйчулок — это целая поэма: Пеппилотта Виктуалия Рульгардина Крисминта Эфраимсдоттер. После такого имени любые шалости выглядят официально одобренными.

Малыша из истории про Карлсона зовут Сванте Свантесон. И «Малыш» сразу перестаёт быть просто малышом.

Советские персонажи — без тайн не обошлось

Крокодил Гена — это Геннадий. Уже серьёзно. Волька из «Старика Хоттабыча» — Владимир Алексеевич. Согласитесь, совсем другой масштаб.

С Чуком и Геком всё сложнее. В тексте имена не расшифрованы, поэтому версии множатся. Есть предположение, что Чук — это Владимир (через Вовчука), а Гек — Сергей (через Сергейку и Гейку). Гипотеза красивая, доказательств нет, но звучит убедительно.

Иногда кажется, что уменьшительные имена — это часть магии. Они делают героев ближе, теплее, почти родными. Полные имена словно добавляют дистанцию, официальность, возраст.

И, может быть, именно поэтому в детстве нам их и не раскрывали. Чтобы сказка оставалась сказкой, а не выпиской из паспортного стола.

Слишком сложные и экстраординарные имена многими могут быть не поняты, что способно стать поводом для злых шуток. Лучше проговаривать ФИО вместе, чтобы понимать, "звучит" или "не звучит". То, что на слух воспринимается приемлемо, и будет лучшим вариантом, - говорит психолог Марина Романовская.

Читайте также, какой салат признан самым невкусным.